Ирина Калентьева
Интервью: Наталья Марьянчик
Не многим спортсменам удается в один сезон выиграть два главных, но таких разных соревнования, как чемпионат мира и Кубок мира. Ирине Калентьевой удалось, причем в экзотическом для России маунтинбайке. Sportweek попытался понять, как уроженка крошечной чувашской деревни Норваш-Шигали опрокинула гигантов мирового велоспорта.
Я была не готова выиграть чемпионат мира».
- Ира, сначала вы заболели и пропустили несколько этапов Кубка мира. А недавно на чемпионате мира заняли только третье место. Начало олимпийского сезона не вызывает у вас беспокойства?
- Почему это «только третье место»?! Да, от меня, как от действующей чемпионки мира, многие ждали победы. Но объективно сейчас я еще не в той форме, чтобы выигрывать. Чудес не бывает. И дело здесь не в падении от столкновения с итальянским фотографом, которое лишило меня шансов даже на серебро. После болезни, после приема антибиотиков я была просто не готова претендовать на победу. Третье место – это тот уровень, от которого я буду плясать дальше. И плясать с большим оптимизмом (смеется).
- Что за болезнь вас мучила, если вы выступили только на двух этапах Кубка мира?
- Все началось еще в марте, на подготовительном сборе на Майорке. Там у меня вдруг покраснели глаза, начался насморк. Думала, простудилась, но когда вернулась в Германию, врачи сделали анализы и выяснили, что у меня аллергия на цветение определенных растений. Надо же, как «повезло» именно в олимпийский сезон – в то время эти растения цвели и на Майорке, и в Германии! Я была вся больная, чихала-кашляла, но все равно решила выступать на первых этапах Кубка мира. На первом этапе, в Бельгии, была второй, следующий, в Германии, выиграла. Как это мне удалось с заложенным носом – даже не представляю! Но после гонок все стало намного хуже.
- Почему?
- Мне приходилось дышать только через рот, потому что через нос воздух не проходил, и я простудилась. Врачи назначили курс антибиотиков, я стала намного меньше тренироваться, но никаких улучшений не последовало даже через два месяца. Я опять к врачам: «Не проходит! Что же делать?» Они порекомендовали спрей для носа, но я не могла его принимать. Содержавшийся в спрее препарат кортизон входит в список запрещенных. Кто знает, если бы тогда я получила право использовать этот спрей, может быть, все прошло бы быстрее и без таких последствий.
- Без каких последствий?
- Когда мне сделали компьютерную томографию, выяснилось, что в правой носовой пазухе у меня не только воспаление, но и киста. Надо будет оперироваться, но, естественно, уже после Олимпийских игр. Сейчас киста не мешает, воспаление прошло, только воздуха с правой стороны заходит чуть меньше. Но я стараюсь об этом лишний раз не думать.
«Лучше бы в Пекине пошел снег».
- Пекинская Олимпиада станет для вас второй – в Афинах четыре года назад вы финишировали 13-й.
- Воспоминания об Афинах приятными, конечно, не назовешь. Но я не раз прокрутила в голове все события четырех-летней давности – буквально по дням – и поняла, где и какие ошибки допустила. Анализ сделан, теперь то же самое не повторится.
- И какие ошибки вы допустили на прошлых Играх?
- Говоря по-простому, я переборщила. К Афинам мы две недели готовились на Майорке. Было очень жарко, а мы тренировались как звери! Никакого отдыха, только мысли: «Ой, вот Гунн-Рита (Гунн-Рита Дале, чемпионка Олимпийских игр и четырехкратная чемпионка мира из Норвегии. – Sportweek) сильна, и та сильна, и эта, надо готовиться…» Потом приехали в Афины, а там еще жарче, чем на Майорке. Надо было сократить нагрузки, просто покататься, посмотреть трассу, а мы еще добавили, гоняли как сумасшедшие! Жара, дикие нагрузки, отсутствие витаминов и каких-то поддерживающих препаратов – неудивительно, что за два дня до старта я заболела.
- Думаете, такой опыт участия в Олимпийских играх вам поможет?
- С одной стороны, я уже знаю, что почем на Олимпиаде. Но с другой, этот опыт настораживает, думаю иногда, что одна ошибка уже была, как бы не допустить вторую.
- Для вас успехом станет любая медаль или нацеливаетесь только на золото?
- Конечно, хочется золотую. Но я не тот человек, чтобы размахивать шашкой: только золото! Действительно, настроена стать первой, но буду рада любой медали.
- Как вам ожидающаяся в Китае экстремальная жара?
- Жара – совсем не моя погода, по мне, лучше бы снег пошел (смеется). С другой стороны, я, бывало, неплохо выступала и в жару, поэтому крест на себе не ставлю. Главное – правильно подвестись, подготовить организм. Я только не хочу приезжать в Олимпийскую деревню заранее. Дело даже не в климате, в Олимпийской деревне очень легко перегореть психологически.
- Китаянки в маунтинбайке способны будут преподнести сюрприз?
- Китаянки в маунтинбайке вообще не перестают удивлять. Они то едут – как на прошлогоднем чемпионате мира, где одна стала третьей, то не едут вовсе – как на чемпионате мира этого года. Но, я думаю, к Играм они подойдут в оптимальной форме. В Пекине китаянки наверняка будут самыми коварными соперницами.
«Слушать музыку и тренироваться опасно».
- Чего вы больше всего не любите в тренировках?
- Да я в общем-то все люблю, что я делаю (смеется). Например, у нас в маунтинбайке никто не любит интервальную работу, когда нужно несколько раз подряд ускоряться, кусать губы, выжимать из себя все. Но я стараюсь всегда думать вперед: как эта работа мне поможет, какую пользу принесет. Например, я знаю, что сегодня нужно сделать десять интервалов. Где-то, может быть, и не хочется, но я думаю, какой эти упражнения дадут результат на соревнованиях, и в хорошем настроении иду на тренировку. Единственно, наверное, не очень люблю длительные, монотонные тренировки на шоссе. Крутить педали по шесть-семь часов очень скучно.
- О чем думаете во время таких тренировок? Может быть, музыку слушаете?
- Музыку можно слушать только на специальных трассах, где нет автомобильного движения – только велосипедисты. Но по шесть-семь часов мы едем, как правило, по обычной дороге, через маленькие городишки, где и люди, и машины. Тогда одновременно слушать музыку и тренироваться опасно.
- Как вам кажется, в шоссейных гонках вы бы могли добиться каких-то успехов?
- Думаю, да. На горных этапах наверняка смотрелась бы неплохо. С другой стороны, я маленькая – всего 45 кг, а на шоссе все-таки нужно иметь мышечную массу побольше. Иначе просто педали сложно проворачивать.
- Насколько результат в маунтинбайке зависит от качества велосипеда?
- Велосипед – вторая половина успеха. Очень много зависит от качества компонентов, не цепляет ли, например, цепь при переключении скоростей, какие стоят диски и так далее. Очень обидно, когда ты функционально готова всех рвать, а на гонке вдруг подводит велосипед, потому что куда-нибудь забилась грязь. Такое случалось почти у всех гонщиц, у меня в том числе.
«Убираю велосипед в гараж и гуляю по лесу».
- Вы уже пять лет живете в Германии. Как вам дался переезд?
- Было сложно. Я приехала абсолютно одна – без тренера, родителей, подружек. Первые два года моей жизни в Германии можно описать тремя словами – тренироваться, есть, спать. Девушка я общительная, поэтому особенно страдала от одиночества. Сейчас оглядываюсь назад и горжусь, что тогда выкарабкалась. Многие другие на моем месте просто сломались бы. Мало у кого такие же самодисциплина и огромное желание достичь цели.
- По-немецки, когда приехали в Германию, не говорили совсем?
- Я учила немецкий в школе, очень хорошо читала и писала, но много лет у меня не было никакой практики общения. Уже в Германии в 2004–2005 годах я прошла курсы немецкого языка и теперь общаюсь совершенно свободно. Теперь могу разговориться даже в магазине с бабушками. Они рассказывают мне свои проблемы, я всегда с удовольствием слушаю.
- В Германии по-прежнему работаете с первым тренером Владимиром Красновым?
- Последние два-три года у меня немецкий специалист. Но с Владимиром Николаевичем, который вел меня с самого детства, я по-прежнему общаюсь, мы в постоянном контакте. Тренер для меня должен быть другом, родным человеком, отцом, если хотите. Есть много специалистов, которые умеют только ставить условия – вот ты должна делать так и так. Но нужно уметь слушать организм. Я всегда могу позвонить своему немецкому тренеру: «Что-то я сегодня устала, не очень хорошо себя чувствую, не хочу делать эту тренировку». И он меня поймет.
- Часто бываете в России?
- 6 июля как раз приеду на чемпионат России в Чебоксары. А в конце сезона, в октябре-ноябре, обязательно навещаю родителей в деревне. Там совсем другая жизнь. На пару недель я забываю о велосипеде, убираю его в гараж с глаз долой – и гуляю по лесу, копаюсь в огороде, помогаю по хозяйству. Работы полно, у нас же животных много, корова… Еще рядом с домом есть три пруда, я очень люблю ходить туда на рыбалку. Именно там набираю свою силушку.
- Если бы пять лет назад решили остаться в России, стали бы чемпионкой мира?
- Конечно, я была бы счастлива возвращаться после гонок не в Германию, а домой, в Россию. Но сразу возникло бы очень много проблем – как получить визу, где тренироваться, с кем. Если бы я осталась, я бы не смогла принимать участие во всех гонках. А значит, не могла бы контролировать свой уровень. В Европе я постоянно сравниваю себя с сильнейшими соперницами, постоянно корректирую планы. Нет, добиться моих успехов, живя в России, было бы сложно. Но главное – другое. Где бы я ни жила, где бы ни тренировалась, выступаю я за Россию.
Автор – редактор Агентства спортивной информации «Весь спорт» ( www.allsport.ru )
| < < | > > |
|---|
